"I won't give you the gift of my hatred"

http://www.bbc.co.uk/programmes/p038f16q

Не ешьте это! Список вредных продуктов, которые КАТЕГОРИЧЕСКИ НЕЛЬЗЯ употреблять

http://oln.com.ua/?p=2308

"ЧУДО" КЛАЙВ ЛЬЮИС . ГЛАВА V. ДРУГАЯ СЛОЖНОСТЬ ПРИРОДОВЕРИЯ

    Даже  такой   строгий  детерминист,   как  Маркс,   иногда  описывавший
социальное поведение  буржуазии, словно речь идет  о  физике, вдруг  выражал
глубокое  презрение,  которое может  оправдать  только  вера в  нравственную
ответственность.
          Р. Нибур. Истолкование христианской этики. 1.1. 3.
    Те,  кому  логичное  мышление  представляется  самым  сухим   из  наших
проявлений, огорчатся, что  я отвожу  ему столь  привилегированное место. Но
мне пришлось  основывать на  нем свои  доводы,  так  как  из всех  возможных
претензий  нашей  внутренней  жизни только мысль об  особой  ценности разума
природовер  не  в  состоянии  оспорить, не перерезав самому  себе горла.  Вы
можете, если  хотите,  считать  все идеалы иллюзией,  а  любовь  -- отходами
биологии, не противореча себе  и не впадая  в нелепость. (Правда,  возникает
картина  мира, в которую,  быть может, никто и  не  верит, но  это — другое
дело.) А доказать, что нет доказательств, — невозможно.
    Мы  не  только  размышляем  о  предметах;  мы  произносим  нравственные
суждения:  "это хорошо", "это плохо", "я  должен", "этого делать нельзя". На
такие суждения существуют  два взгляда. Одни считают, что здесь мы применяем
какую-то особую  силу; другие — что  это все тот  же разум. Я придерживаюсь
второй  точки  зрения, то есть  верю, что основные нравственные принципы, от
которых зависят все  другие, постигаются разумом. Мы "просто видим", что нет
основании приносить счастье  ближнего в жертву нашему счастью, точно так  же
мы  видим, что  две величины, равные  третьей,  равны между собой. Ни ту, ни
другую аксиому мы доказать не можем не потому, что  они неразумны, а потому,
что они  самоочевидны и  все  доказательства  зависят от них.  Их внутренняя
разумность сияет собственным светом. Именно потому, что нравственность стоит
на таких самоочевидных основах, мы, призывая человека к добродетели, говорим
ему: "Одумайся".
    Но  все это так, к слову; речь  пойдет  о другом. Сейчас нам  не важно,
какой  из двух  взглядов  верен.  Важно,  что  нравственные суждения  ставят
природовера в такой же тупик, как и  все другие. Споря о нравственности, мы,
как и  во всяком  споре, считаем доводы обесцененными, если они  обусловлены
вненравственными или внеразумными причинами. Мы часто  слышим:  "Он верит  в
святость собственности, потому  что он миллионер", "Он  пацифист, потому что
он трусит",  "Он  за телесные  наказания, потому что  он садист". Часто  эти
подозрения  неверны, но нам важно лишь  то, что  одна  сторона выдвигает их,
другая — яростно опровергает; обе считают, что  они свели бы спор на нет. В
действительной   нашей   жизни  никто   не  придаст  ни  малейшей   ценности
нравственному   суждению,   если  будет   доказано,   что  оно   обусловлено
внеморальным фактором. Именно на этом  основании  и фрейдисты, и марксисты с
таким успехом нападают на общепринятую мораль.
    То,  что  обесценивает частное суждение, должно  обесценивать  и всякое
нравственное  суждение вообще. Если  идеи  должного и  недолжного  объяснить
внеразумными и вненравственными  причинами, идеи эти  -- иллюзия. Природовер
охотно объяснит, как она возникла. Некие химические процессы породили жизнь.
Жизнь  под  давлением  естественного  отбора  породила сознание.  Наделенные
сознанием организмы, ведущие себя определенным образом, живут дольше прочих.
Наследственность,  а  иногда  и воспитание  передают потомкам  их навыки.  В
каждом виде создается своя  модель поведения. У  людей сознательное обучение
играет большую  роль;  кроме  того, племя  укрепляется,  убивая  непокорных.
Наконец,  оно измышляет богов,  наказывающих  за  непослушание. Со  временем
закрепится сильный импульс,  который  велит  подчинять  свое поведение чужим
интересам. Но он приходит в столкновение с  другими импульсами, и  возникает
нравственный конфликт: "Я хочу сделать A, но должен сделать B".
    Все это может (или не может) объяснить, почему люди делают нравственные
суждения;  но это никак  не  объясняет,  как же люди могут быть правы.  Если
верна точка зрения природоверов, "я должен" — то же самое, что "я икаю" или
"меня  тошнит". В жизни, когда скажут "я должен", мы говорим "ты  прав"  или
"ты  ошибся".  В  мире  же  природоверов (если  они и  впрямь  выносят  свою
философию  за пределы книг)  отвечать  надо:  "Вот как?"  Ведь  нравственные
суждения свидетельствуют лишь о чувствах судящего.
    Внутреннего противоречия  в  этом нет.  Природовер может, если захочет,
стоять  на своем. "Да, — скажет он, —  нет правоты  и  неправоты.  Ни одно
нравственное суждение  не бывает  верным  или  неверным,  и  тем  самым, все
нравственные  системы  равноценны.  Все  идеи  о  добре   и  зле  --  чистые
галлюцинации, тени  органических импульсов, над  которыми мы  до сих пор  не
властны". Многие природоверы так и говорят с немалым удовольствием.
    Но тогда они обязаны стоять до конца. К счастью, этого почти никогда не
бывает.  Признав и  добро  и  зло иллюзиями,  они немедленно  вслед за  этим
призывают  нас   жертвовать   собой   ради   будущего,  учить,   восставать,
преображать, жить и гибнуть во имя  рода человеческого. Именно это  всю свою
долгую жизнь и делал природовер Уэллс. Не  правда ли, странно? Как все книги
о спиральных  туманностях, атомах  и пещерных людях создают впечатление, что
природоверы знают что-то важное,  так и наставления их наводят на мысль, что
они  верят в какую-то идею добра —  скажем,  свою —  и  считают  ее  лучше
других. Иначе зачем негодовать и обличать зло?  Ведь  для них, казалось  бы,
все это — вроде вкуса к пиву: я люблю слабое, а многие предпочитают портер.
Если мнения Уэллса и, предположим, Франко  --  лишь импульсы,  навязанные им
природой, спора и гнева быть не может. Помнят ли природоверы, призывая нас к
лучшей  жизни, что даже слово "лучший"  не  значит  ничего,  если нет мерила
добра?
    На самом деле,  к великой  своей чести,  помнят не  все.  Философия  их
нечеловечна,  но сами они — люди.  Завидев неправду,  они отбрасывают  свои
теории и говорят, повторяю, как  люди, и люди благородные. Они лучше, чем им
самим кажется. А когда  все  спокойно, они  пытаются  как-то свести  концы с
концами.
    Рассуждают они примерно так: "Нравственность (или "буржуазная  мораль",
или "условная мораль", или "обычная") — конечно, иллюзия. Но мы обнаружили,
какое поведение  помогает выжить  человеческому  роду. Не принимайте  нас за
моралистов! У нас все иначе!" — и так далее, словно это хоть сколько-нибудь
меняет дело.  Это помогло бы, если бы мы  доподлинно  установили, во-первых,
что жизнь лучше смерти и, во-вторых, что жизнь наших потомков не менее важна
для  нас,  чем  наша.  Однако и  то и  другое  --  нравственные  суждения, и
природоверие  их  не объяснит.  Конечно,  мы  чувствуем, что это  верно;  но
природоверие  велит нам считать,  что такие чувства никак  не  соотносятся с
истинностью. Быть может, мой альтруизм  --  как мое пристрастие к сыру. Если
он  не  убыл от природоверия,  я  ему  подчиняюсь; если ослабел  -- я  лучше
потрачусь на сыр. Нет никаких особых причин потворствовать ему. Природоверы,
разрушившие в понедельник мое уважение к совести, не вправе требовать, чтобы
во вторник я снова ее почитал.
    Итак,  выхода  нет.  Если  мы не  откажемся от  нравственных  суждений,
придется верить, что совесть внеприродна. Она имеет  смысл и цену  только  в
том случае, когда в ней  хотя бы  отражается некая  абсолютная  нравственная
мудрость,  существующая  сама  по  себе,  а  не  порожденная  внеразумной  и
вненравственной природой. В предыдущей главе  мы признали сверхъестественным
источник разума, в этой — признаем таким же источник идей добра и зла. Если
вы считаете, что нравственное суждение — совсем иная вещь, чем рассуждение,
вы скажете: "Мы знаем теперь еще один Божий атрибут". Если же вы, как  и  я,
считаете их явлениями одного порядка, вы скажете: "Мы больше знаем  теперь о
Божественном разуме".
    Мы  почти  готовы  к  основным  доводам.  Однако  прежде  разберем  еще
несколько недоразумений, которые могли появиться.
http://lib.misto.kiev.ua/LEWISCL/chudo.txt

16/11/15 09:35 pm Чита-дрита Процветают только мошенники. Псевдохудожники, псевдопевцы, псевдоразведчики, псевдобизнесмены////

http://sadalskij.livejournal.com/2449459.html

розмірковуючи про історію християнства і ісламу

Все таки сучасна людина засмітила собі кишки безтурботним життям, міркує зовсім по іншому, і не в змозі осягнути чеснотy під назвою - реалізм. 
Можна уявити що в минулі століття також як і зараз на близькому сході спалювались і знищувалися церкви і знищувалися протягом історії десятками тисяч. Так і зникала християнська цивілізація Північної Африки, Азійьких країн.
Ми навіть не замислюємося над тим, що на давніх картинах гаремів світловолосі рабині це християнські невільниці, яких вивозили в гареми протягом століть десятками і сотнями тисяч.
У минулих століттях відбувалося тисячі битв з мусульманами, і іноді буквально за один день християн знищували десятками тисяч.
Не так давно в минулому столітті більше мільйона вірмен-християн було знищено.
Хтось може заперечити що вся справа в грошах і ресурсах.
Але ж в самий ранній період це було пограбування караванів. У найпізніший період-знищення світового торгового центру в Нью-Йорку. Навіть сомалійські пірати ісламського світу це невеличка подоба того минулого яке призводило європу до злиднів і бідності, через небезпеки подорожі морем.
Mи можемо собі тільки уявити щоб зараз було б з християнським світом і як би виглядали секулярні гуманісти, якби у ігіла була б силова перевага над заходом і християнський світ був би захопленим ними, адже такі побоювання були реальністю всіх минулих століть. Забута чеснота під назвою ''реалізм'' попереджає про такі побоювання і сьогодні.

1000-year-old Bible found in Turkey

Police in Turkey have recovered a Bible thought to be a thousand years old. The holy book,which was found in the central Turkish city of Tokat, is written in the old Assyriac language.

According to the Daily Mail, the priceless book was recovered after smugglers tried to sell it to undercover officers.

It is not known where the Bible originates from. Written in the old Assyriac language, its cover is reportedly damaged, but its remaining 51 pages have images and religious motifs in gold leaf.

The Christian Post has reported that the book contains pictures of Jesus Christ and other biblical figures.

The Bible was recovered during a series of police operations, reports the Turkish newspaper Hurriyet. The paper says the authorities moved after being informed that three suspects were marketing historical artefacts.

Four operations were reportedly launched, in the centre of Tokat and the nearby Turhal district. Hurriyet says ten people were taken into custody.

Other valuable items including jewellery and ancient coins were also said to have been recovered, while the Bible was delivered to a museum.

It’s hoped that the ancient book will provide rare insights into the way Christianity developed in past centuries.

Court Rules Nurse Fired for Refusing to Assist Abortions Must Do Abortions to Keep Her Job

Ellinor Grimmark is a nurse in Sweden who filed a claim in Sweden that the hospital where she worked discriminated against her because she refused to participate in abortions.

Newly-graduated, Grimmark was fired from her position because she refused to assist abortions. Even though there was a shortage of midwives at the time she was fired and even though she is willing to take on double shifts, she has been denied a job ever since. One employer had first agreed to hire her in spite of the “complication”, but withdrew the offer when her story began to spread in media.

Grimmark says in a statement to the newspaper Aftonbladet: ”As a midwife, I want to exercise a profession which defends life and saves lives at all cost. Are healthcare practitioners in Sweden to be forced to take part in procedures that extinguish life, at its beginning or final stages? Somebody has to take the little children’s side, somebody has to fight for their right to life. A midwife described to me how she had held an aborted baby in her arms, still alive, and cried desperately for an hour while the baby struggled to breathe. These children do not even have a right to pain relief. I cannot take part in this.”

But a Swedish court ruled today that Grimmark has no choice but to participate in abortions.

The district court of Jönköping County Council in Sweden ruled Thursday against Grimmark, who was ultimately unjustly denied employment by three different medical clinics because she will not assist with abortions.

In July 2014, ADF International filed an expert brief in Grimmark v. Landstinget i Jönköpings Län on behalf of the midwife, Ellinor Grimmark, who plans to appeal thedecision. The court agreed with the reasoning of the Swedish discrimination ombudsman, who found that the midwife’s rights had been infringed but erroneously concluded that forcing her to participate in abortions that others demand is more important.

“No one deserves to suffer discrimination and be denied employment because their conscience does not allow them to perform abortions,” said ADF International Senior Legal Counsel Roger Kiska. “We are disappointed the court did not affirm Swedish law and international law to which Sweden is obligated and that both recognize freedom of conscience in the workplace. Medical facilities should not force midwives to violate their conscience by requiring them to assist in abortion.”

Keep up with the latest pro-life news and information on Twitter. 

In November 2013, Höglandssjukhuset women’s clinic rescinded a job offer as a midwife from Grimmark after she explained that she could not perform abortions because of her conscientious objection and her Christian faith. The head of the maternity ward said that “she was no longer welcome to work with them” and questioned “whether a person with such views actually can become a midwife.” A few months later, Grimmark tried to obtain employment with Ryhovs women’s clinic, which told her that a person who refuses to perform abortions does not belong at a women’s clinic.

In January, Värnamo Hospital’s women’s clinic offered Grimmark a job but then withdrew employment because of the complaint she filed against Höglandssjukhuset in April. The head of the hospital told Grimmark that no employee was allowed to publicly take a stand against abortion. The group Scandinavian Human Rights Lawyers represents Grimmark in court.

The ADF International brief filed in the case explained that the Parliamentary Assembly of the Council of Europe has affirmed that “no person, hospital or institution shall be coerced, held liable or discriminated against in any manner because of a refusal to perform, accommodate, assist or submit to an abortion, the performance of a human miscarriage, or euthanasia or any act which could cause the death of a human foetus or embryo, for any reason.”

“Being pro-abortion should not be a requirement for employment as a midwife,” added ADF International Legal Counsel Robert Clarke. “The desire to protect life is what leads many midwives and nurses to enter the medical profession in the first place. Medical centers should respect that desire and conviction.”

Grimmark is currently working as a midwife with maternity care in Norway, where her freedom of conscience is being respected.

In Sweden, midwives are similar to nurses in other countries.

http://www.lifenews.com/2015/11/12/court-rules-nurse-fired-for-refusing-to-assist-abortions-must-do-abortions-to-keep-her-job/